February 25th, 2006

Сейчас она поваливается на

на диване с боку на бок. И так вывернется и этак. И, когда окликнешь её, обязательно отвечает. А три дня назад мы уже думали, что она совсем пропала. Жена, так на всякий случай, выглянула в окно и позвала "Мура, Мура" и снизу раздался знакомый крик. Не веря своим ушам, жена бросилась одеваться и сбежала вниз. Наш Мурыч, наш маленький Мур-Мурыч вернулся. Она бежала по лестнице, прижав уши и подняв свечкой хвост, и сильно мяукала от радости. А за неделю до этого, когда её вывели погулять, она просто удрала куда-то. Жена переживала: она же домашняя, пропадёт. Я говорил: не пропадёт, нагуляется и вернётся. Но когда прошло пять дней, я тоже забеспокоился. Мне казалось, что для того, чтобы нагуляться нужно меньше времени. Мы развесили объявления. Нам звонили, мы ходили снимать с деревьев чужих кошек. Оказалось, нужна неделя. Пришла с какой-то жирной шерстью. Сразу помыли. На всякий случай дали таблетки от глистов. Похоже, что она целую неделю не ела ничего. Стала лёгкая как пушинка. Теперь отъедается.

23-е февраля

пережилось легко. Пили это гадкое шампанское, заедая конфетами. Ушёл домой с большим махровым зелёным полотенцем. Это было 22-го, когда, собственно, и отмечали это мужское 8-е марта. А 23-го мы с Дарьей целый день прорубились в Far Cry по очереди, благо Ирины не было дома и некому было нас приструнить. Играли на самом деле целый день. С десяти утра до часа ночи.

24-го катались на лыжах

всей семьёй да с новыми знакомыми в Корытове. Одно неудобство - приходится долго ждать лыжи. Но потом удовольствия от катания всё перекрывают и про долгое стояние в очереди забываешь. Все разбрелись по разным уголкам леса. Дарья осталась кататься с горки. Ирина еле бродила, так и не отдохнувшая после вчерашней командировки. А я как дурной гонял по всем просекам и даже немного заблудился. Ну, не заблудился, а ориентировку потерял.