June 20th, 2015

Палки

Тут как-то неожиданно захотел завести палку для селфи. Посмотрел предложения, почитал отзывы и так же неожиданно расхотел. Повесил на монопод зеркалку с фишаем, взял в руки пульт - вот тебе и селфи. Заодно можно руки тренировать. (Говорят, Пушкин ходил с чугунной тростью, чтобы тренироваться для стрельбы из пистолета. Не сильно помогло, но процесс важнее.) Теперь я чаще буду появляться на фотографиях.
SG103694

Зимой мы всей семьёй таскали жерди для частокола. Большую кучу натаскали. Чем больше куча, тем труднее за неё взяться. Так она и лежала пока я не понял, что ещё немного и жерди пересохнут и хрен их ошкуришь. Распилил быстро, а вот ошкуривал почти неделю, часа по два в день. Всю руку измозолил, хотя и в перчатках работал.
Вот такая куча ещё не очищенного от коры частокола получиласьCollapse )

Теперь в каждую частоколину надо вбить два гвоздя. Подобная работа всегда меня настраивает на правильное прочувствывание истории. Вот пример. Была революция, гражданская война (четыре слова). Длилось это, скажем, четыре года. Мы знаем из этого куска истории какие-то факты, кто-то оставил воспоминания, дневники, кто-то написал целые книги. Потом сняли фильмы. Мы теперь в тишине и комфорте почитываем и посматриваем всё это. А представьте себе простого обывателя, у которого семья, дети. Ему нужно было не просто перелистать эти четыре года, а прожить каждый день и каждый час. В постоянных заботах о хлебе, одежде и крове в условиях, когда обрушился весь налаженный общественный механизм (не столь тонкий, как сейчас, но и не сплошь натуральное хозяйство). В деревне, где неурожай и голод прошли стороной, наверное, было проще, а горожане-то хлебнули по полной. В каждую частоколину по два гвоздя. Триста метров. Три тысячи частоколин.

Ещё одна литовка

У нас в хозяйстве осталась одна коса. Пару лет тому назад я пытался завести ещё одну косу, но купил очень неудачно. Оказалась недокаленной и мягкой как пластилин. В этот раз купил шестёрку (60 см). Стал отбивать. Только несколько раз и ударил, как отвалился носок. Теперь коса оказалась перекаленной. Болгаркой отрезал лишнее, сделал носок снова острым и отбил косу полностью. Косит хорошо. Заточку держит хорошо. Дал тёще покосить. "Как легко косить" - воскликнула тёща и тут же воткнула косу в кротовью кучу земли и сломала уже шип, которым коса крепится к косовью. Пришлось мне вспомнить прошлогодние кузнечные упражнения и настроить горн. Отковал новый шип (и немного отпустил эту часть косы). Тёща снова взяла косу в руки и сломала уже косовьё. В общем, всё, что было плохо сделано, отломалось. Я исправил это дело. Ещё раз косу отбил. Теперь коса косит как бритва и пока не ломается (только бы не сглазить).
Tags:
nemtsev.ru

Водолазкин

У этого писателя не совсем литературная фамилия. Какая-то несерьёзность слышится. Подошла бы какому-нибудь юмористу. Не то чтобы у Прилепина или Пелевина более литературные фамилии, но в историю русской словесности лучше входить с дворянским благозвучием. А ведь Водолазкин таки уже вошёл. Со временем фамилия попадет в учебники и звучать будет не хуже Пушкина или там Гоголя. Пытаюсь вспомнить современных авторов м никого не припомню, чтобы писали так безупречно и к кому не хотелось бы придраться. Я прочитал "Соловьев и Ларионов", "Близкие друзья". Начал читать "Похищение Европы". Заметил одну повторяющуюся особенность. Начинается всё пресновато. Не знаю, нарочно ли это сделано, чтобы испытать читателя, или так  получается, но до того времени, когда неумолимый поток чтения повлечет тебя к потрясающим порогам сюжета, приходится долгое время наблюдать спокойные и скучные берега и ничем не встревоженные воды.
В "Соловьеве и Ларионове" вымышлены и историк Соловьев и белый генерал Ларионов. Я поначалу даже было дернулся искать прототипы, но авторские сноски иронично намекают: не ищи, обливайся слезами над вымыслом. У некоторых второстепенных персонажей есть узнаваемые прототипы. В повествовании о гражданской войне много исторических лиц. Кстати, мне иногда казалось, что в Соловьеве есть какие-то автобиографические черты.
Заметно, что автор "за белых" (долгая работа под руководством Д.С. Лихачёва наложила отпечаток на восприятие истории). Красные выведены карикатурно. А Ларионов - чуть ли не Суворов. Отец солдатам и битвы только выигрывает. Войну проиграл (виноваты, конечно, англичане), а битвы только выигрывал и солдатам одеялки поправлял.
Поражает обилие бытовыхтдеталей. Откуда он всё это знает? Неужели из книг?
Приятный слог. "Мой" автор. Эио бывает редко.
Я, наверное, тороплюсь восторгаться. Надо чтобы прошло время. Впечатление должно устояться. Но сегодня я продолжу читать "Похищение Европы", а ещё ждёт своего времени "Лавр".
(Прошу прощения за опечатки - пишу со смартфона)

Tags: