Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Контрабанда

Подумалось как-то, что иностранное кино и литература — это, своего рода, контрабандный товар. Это заглядывание в душу другого народа, минуя обычные, и невозможные для большинства, ритуалы. Никакие туристические поездки не позволят вам туда заглянуть. 

Про смыслы

Гуманитарии хвалятся, что порождают смыслы, а сами, в лучшем случае, порождают каламбуры.

P. S. Говорят, что русская литература выросла из гоглевской "Шинели". А вся литература вообще выросла из каламбура. Любой роман - это разросшийся до неимоверных размеров каламбур.
nemtsev.ru

Дети мои, Гузель Яхина

дети-мои

Я обрадовался, когда узнал, что вышел новый роман Гузель Яхиной. Читаю, уже страниц 100 прочитал, и, вроде, не оторваться и в то же время так и вертится на языке "не верю!"
Уже одно то, что читаю беллетристику - хорошо. Поднадоел уже этот нонфикшн.
Прекрасный язык. По первому роману уже было понятно, что Яхина - мастер слова. Читать - большое удовольствие. Поразительное внимание к мельчайшим деталям. Яркие метафоры. Что и удивительно. Если бы эта история была изложена эпическим языком (грубыми мазками, чистыми цветами), то, думаю, поверил бы. Детали всегда можно додумать. А тут тонкой кисточкой все травинки прописаны, а вот капли живой воды не оказалось.
Я, наверное, ещё с детства слышал о немцах Поволжья, но только общую информацию. Что при Екатерине приехали, во время войны их депортировали. В общем, и всё. И было любопытно именно с точки зрения "а кто они такие?" Гузель пишет, что немцы жили обособленно, из русского языка знали сто слов для торговли на ярмарке. Что староста, чтобы не пропустить смерть очередного государя и успеть сменить портрет, вынужден был выписывать газету. На хуторе работают "киргизы" (казахи) и учитель их языка не знает. В общем, за 150 лет никаких намёков на ассимиляцию. Хотя, м.б., при архаичном хозяйстве так оно и должно быть.
Но исторические детали - это так, к сведению. Не верю я героям, независимо от национальности. 17-ти летняя девочка, просидевшая всю жизнь на хуторе и не захотела уехать в Германию. Это как-то, извините, из пальца. И почему? Влюбилась в шульмейстера, которого даже ни разу не видела. Что не видела, это ещё раз "не верю". На её бы месте любой нормальный живой человек исхитрился бы, но хоть через какую дырочку да посмотрел бы на предмет своего вожделения. В общем, всё насквозь искусственное, несмотря на прекрасный язык.
Как повод поинтересоваться историей поволжских немцев - подойдёт. Как вымысел, над которым "слезами обольюсь" - нет, не тянет.
Дачник

Битва двух империй, Олег Валерьевич Соколов

Олег Соколов в этой книге пытается ответить на вопрос, почему таки Наполеон пришёл с Россией воевать. Не про войну 1812 года, а про причины. На 12-м году всё и заканчивается. Книгу я только начал читать, но иногда она у меня вызывает буквально восторженные чувства. Я знаю, что Соколов - франкофил и наполеонофил, но это ничуть не умаляет его работы. Пусть это будет взгляд "с той стороны" (хотя это и не так), но такой взгляд тоже очень важен для понимания проблемы.
Дачник

Апология подсолнуха

Каждый год я сажаю подсолнухи. Люблю семечки. Они у нас не успевают созреть до такой степени, как это происходит с ними в краях по-южнее, но вот именно такие семечки я и люблю. Для того, чтобы они к концу августа - началу сентября созрели, нужно сажать их дома в стаканчики где-то в середине апреля, а потом, после того как прорастут пересаживать в грунт. Заморозков они не боятся, напрасно я переживал. В этом году их и морозило и снегом несколько раз засыпало, но кратковременный холод они переносят легко. Это не помидоры (которые в парнике в этом году помёрзли) и не огурцы.
В общем, каждый год я сажаю подсолнухи, но только в этом году они меня радовали как-то особенно. Зацвели они только в конце июля. И, как зацвели, каждое утро они встречали меня своими радостными лицами. Одному я даже дал имя "Восторженный подсолнух":

Когда было солнышко я его фотографировал.
Кстати, вы в курсе, что как масличное растение он стал использоваться только в 19-м веке и произошло это в России? И сделал это обычный русский крепостной крестьянин Дмитрий Бокарёв. Он и вывел первые сорта. И уже потом из России культурные сорта распространились по всему миру. Ну как тут не вспомнить книгу "Микробы, ружья и сталь" и не заметить, что всё-таки с индейцами было что-то не так, если они за тысячи лет не смогли до такого додуматься.

Подсолнухи я посадил в две очереди. Вторая очередь недавно тоже зацвела.

K3_18279

Collapse )
Дачник

Священный целлулоид

За 12 лет пользования цифровыми устройствами для фиксации изображений накопилось ~300 гигов фотографий (jpeg). Добрая половина (это я оптимистично) просто шлак, который надо было давно удалить, да всё руки никак не доходят. Но оставшаяся половина - это изображения людей, которые (изображения) мне и моим близким дороги как память. И ношусь я с этим архивом как с писаной торбой. Существует, как минимум четыре копии на разных винтах (на двух ноутах, на NAS-е и на винте, который просто отдыхает в ящике), причём копии уже порядочно рассинхронизированные. Что-то я печатаю 10х15 (сейчас лежит большая пачка не рассованная по альбомам), совсем редко А4. Случись чего, не дай бог, и всё это просто пропадёт. Ничего потомкам не останется. Только 10х15.
Это я по поводу последних веяний. Если пропадут мои записи ЖЖ, мир ничего не потеряет, но моим потомкам вполне может быть интересно, чего я тут выплёскивал время от времени из своей головы. Копии записей уходят на n.nemtsev.ru, но это ещё один цифровой архив, который проживёт не долго. Печатать глупо - бумаги не стоит. Одно остаётся - забить и не париться :)
Недавно проявлял ч/б плёнки, которые пролежали в холодильнике до двух лет. И вот, думаю, а ведь эти плёнки - и есть твёрдые копии. Пусть из них не так легко будет в будущем извлечь изображения, но при желании будет можно. Ч/б я только оставшиеся 10-к плёнок добью и больше связываться не буду. Моя нынешняя камера ч/б плёнку уже догнала по динамическому диапазону. А из других преимуществ - только тёплое ламповое зерно. Короче, надоело. Химикаты протухают, на новые тратиться не охота. Буду только на любительскую цветную снимать, пока минилаб не закроют. Кстати, заметил, что из 36 кадров редко бывает больше одного, который стоит напечатать.
("Священный целлулоид" - это, если кто не знает, так плёнка названа в S.N.U.F.F.-е у Пелевина)

"Зулейха открывает глаза", Гузель Яхина

Сейчас увидел эту запись от 1 апреля. Тогда я ещё что-то хотел дописать. Теперь уже не вспомню. А книга хорошая и люди (которые ещё не знают) должны знать :) Ничего дописывать не буду. Читайте книгу.

01.04.2016

Прошло уже два дня после того, как я закрыл последнюю страницу этой книги, но она всё ещё не отпускает меня. Обратил внимание по наводке из френдленты. Отзывы на сайте интернет магазина были только восторженные. Лауреат премии "Большая книга" (не такой уж и авторитетный показатель для меня, Прилепинская "Обитель" оказалась совершенно не читабельной, хотя книга воистину большая, наверное за это и дали.) Решил, что стоит прочитать и не пожалел. Я уже писал как-то про Водолазкина, что это классик 21-го века, так вот, Гузель Яхина - это второе имя, которое мне хочется вписать в мой личный список классиков того самого 21-го века, причём, пока ещё не вполне уверен в очерёдности.
На обложку вынесены слова Улицкой. Что-то вроде "произведение, которое воспевает любовь и нежность в аду". Во вступительной статье той же Улицкой что-то про "времена жестокого тирана". После прочтения могу только сказать, что ад в голове Улицкой. И не обращайте внимания на обложку испорченную присутствием известной либералки, а вступительную статью вообще можете пропустить. И быстрее быстрее переходите к содержанию самой книги и не торопясь наслаждайтесь прекрасным слогом автора, напоминающий мне затейливый восточный орнамент, изящные линии которого не останавливаясь вились и вились до самого последнего предложения. Поражает обилие сочных деталей быта. Откуда Гузель всё это знает с такой подробностью?
Книга про времена индустриализации, коллективизации и раскулачивания. Главная героиня - татарская крестьянка по имени Зулейха.

Борис Диденко

В комментариях дали наводку на "Цивилизацию каннибалов" Бориса Диденко. Якобы развил и углУбил теорию Поршнева. Было любопытно почитать. Но после нескольких страниц любопытство моё угасло. И захотелось почитать какую-нибудь квалифицированную критику этой, так сказать, "теории". Ничего достойного не нашёл, кроме, разве что убойного отзыва Гоблина. Видимо, серьёзные специалисты не желают мараться. И напрасно, я считаю. Разоблачение всех этих псевдо теорий - отличный способ популяризировать научное знание.

Collapse )

Бабушка

Оба деда умерли в 1966 году за два года до моего рождения. Их я знаю только по фотографиям и рассказам родителей. А бабушек я застал. Одну, отцову мать, звали все бабулей (пошло от внука Веньки), а другую просто бабушкой, бабушкой Женей.
- Бабушка, у меня глазки голубенькие голубенькие, как ягодки.
- Да, внучек, да.
- Бабушка, у меня щёчки красненькие красненькие, как яблочки.
- Да, внучек.

Мать работала, а бабушка оставалась со мной “сидеть”. У меня было странное развлечение. Как только бабушка выходила из дома за чем-нибудь, так я тут же дверь запирал изнутри на крючок. И как она меня не упрашивала, я не открывал. Ей приходилось даже привязывать меня к кровати, на то время, когда она выходила из дома. Ещё петля была обмотана какими-то тряпками, чтобы затруднить мне закрывание. Этот фокус я проделывал и у нас дома и в доме бабушки.
В бабушкином доме пахло керосином. У неё, кажется, был примус, в общем, керосинка какая-то.
Сидим у бабушки дома за столом, пьём чай. Я тогда сделал первое “научное” открытие. Если мешать чай слева направо, то он будет сладкий, а если наоборот, то не очень сладкий. Мимо дома проехал трактор с санями.
- Бабушка, когда вырасту, то стану трактористом и буду тебя катать на тракторе.
- Я буду тогда старенькая…

Над домом пролетел кукурузник.
- Бабушка, когда вырасту, стану лётчиком и тебя прокачу.
- Я буду старенькая и мне будет не удержаться в кабине...

У бабушки кровать была за пологом. Иногда я устраивал представление. Уходил за полог, раздвигал занавески и громко восклицал: “выступает Коля Нефтев”. Потом следовало исполнение песен “потолок ледяной”, “и хлеба горбушку и ту пополам”, может что-то ещё, но я не помню.
Однажды я ушёл играть на край деревни к Леоновым. У них была дочка Наташка, старше меня на год. Мы с ней играли в “хозяйство”. Потом прыгали через канаву. Я один раз не допрыгнул и перекупался. Как раз пришла бабушка с прутом. Попросила какую-то тряпку у Леоновых, сняла с меня мокрые штаны и сделала из тряпки что-то вроде юбки, закрепив на поясе проволокой. Потом, не зло и не больно, подгоняла меня прутом по дороге домой. Кстати, у нас дома на потолке за проводом всегда был прут, который называли “берёзовой кашей”. Но я что-то не припомню, что бы его пускали в ход, только грозили.
Моя любимая бабушка прожила недолго. Когда мне было пять лет, она умерла. В пять лет такие потери не осознаёшь. Мы шли с Витькой куда-то к реке Лютке. Бабушку ещё не похоронили. Я спросил Витьку: “тебе жалко, что бабушка умерла?”. Он меня оборвал: “заткнись”. Ему было 12 лет тогда и он очень сильно переживал.
Когда бабушку хоронили я плакал вместе со всеми. Отвезли на кладбище в Тресно. Закопали. Я первым вернулся к бортовому грузовику, забрался в кузов, в котором был откинут задний борт, и, когда народ стал подходить к машине, стал танцевать “яблочко”.